Эпоха средневековья в Корее началась с истории трех государств — Когурё, Пэкче, Силла. Когурё занимало северные корейские земли и часть территории современного Северо-Восточного Китая (примерно до р. Ляохэ на западе и бассейна Сунгари на севере), Пэкче — юго-запад Корейского полуострова, Силла — его юго-восток. Летописная традиция относит возникновение трех государств к рубежу нашей эры. Вопрос о времени действительного их образования остается дискуссионным. В советской исторической науке принято считать, что этот процесс завершился в V—VI вв.

Когурё, Пэкче, Силла были раннефеодальными государствами. Высшая власть в них принадлежала вану (правителю) и аристократии, сложившейся из вождей племен и военных предводителей. От имени вана земля раздавалась «в кормление» гражданским и военным чиновникам. В массе своей крестьянство являлось лично свободным, но находилось в зависимости от государства (платило ему налоги и подати, несло трудовую повинность). Самой угнетенной и бесправной частью населения были ноби (рабы, постепенно превращавшиеся в крепостных).

Во всех трех государствах развивались земледелие, ремесло и торговля. Сравнительно высокого уровня достигла материальная и духовная культура. В первые века нашей эры получи-ли распространение конфуцианство и буддизм. Культура трех государств имела вполне определенный самобытный характер, что отнюдь не исключало взаимодействия и взаимовлияния с культурой соседних стран и народов.

Обычные для ранней стадии феодализма междоусобные рас-•при трех государств усугублялись вмешательством извне. Сложившееся ранее других и более могущественное Когурё неоднократно отражало нападения китайских войск. Пэкче и Силла в борьбе с Когурё иногда обращались за помощью к правителям Китая.

Давление на Когурё усилилось в конце VI в., когда Китай был объединен под властью династии Суй. После ряда набегов суйских войск Когурё в 598 г. послало 10-тысячный отряд, который нанес им удар западнее р. Ляохэ. В ответ суйский император Вэнь-ди начал войну против Когурё, направив туда 300-тысячную армию и большой флот. Однако этот поход закончился неудачей: сухопутные войска натолкнулись на упорное сопротивление когурёсцев у Ляохэ и вынуждены были здесь остановиться, неся потери, а флот погиб во время бури.

В 612 г. суйский император Янь-ди предпринял новый по-ход против Когурё. В нем участвовала огромная армия. Однако основные силы ее, переправившись через Ляохэ, увязли у когурёской крепости ёдон (кит. Ляодун близ совр. г. Ляоян). Воины и жители крепости в течение пяти месяцев мужественно отражали атаки противника. Видя задержку общего наступления, Янь-ди послал сушей 300-тысячный корпус и большой отряд морем с задачей захватить Пхеньян — столицу Когурё. Отсутствие взаимодействия привело к тому, что морские силы прибыли к месту назначения раньше сухопутных и были разгромлены защитниками Пхеньяна.

Суйские войска, переправившиеся через Амноккан (Ялу-цзян), подвергались непрерывным внезапным нападениям когурёских отрядов, на всем пути их следования население прятало или уничтожало продовольствие. Измотанные бесконечными боями и голодом, они не смогли взять Пхеньян и вынуждены были отступить. Когурёская армия во главе с выдающимся полководцем Ыльччи Мундоком упорно преследовала противника к при переправе через одну из рек наголову его разгромила. Менее 3 тыс. суйских солдат сумели тогда вернуться на родину. В 613 и 614 гг. Янь-ди предпринял еще две попытки покорить Когурё, также закончившиеся провалом.

Завоевательную политику династии Суй продолжила династия Тан, пришедшая к власти в 617 г. Ее армия совершил в 645—651 гг. четыре безуспешных похода против Когурё. Неуда-чи побудили танских правителей активнее использовать противоборство трех корейских государств. Заключив военный союза с набиравшей мощь Силлой, они помогли ей разгромить в 660 г. Пэкче, а в 668 г. — Когурё, ослабленное внутренними междоусобицами и длительными войнами.

Все плоды победы в войнах с Когурё и Пэкче, достигнутой главным образом усилиями Силлы, достались Танам. В их государство были угнаны десятки тысяч пленных, увезены огромные материальные ценности. На территории покоренных государств династия Тан организовала свои наместничества и разместила войска, содержание которых тяжким бременем легло на плечи местного населения.

Росло сопротивление корейского народа. Повсеместно возникали повстанческие отряды, нападавшие на танские войска. Оплотом борьбы за независимость стала Силла. В 670 г. она приступила к освобождению пэкческих земель и в следующем году очистила их от китайских войск. Вслед за тем началась борьба за территорию, ранее принадлежавшую Когурё. Военные действия шли с переменным успехом. Ежегодно происходили десятки сражений. В 676 г. с освобождением Пхеньяна война с Китаем практически закончилась. Почти все земли корейских государств объединились под властью Силлы. Однако часть прежней территории Когурё осталась в руках Китая. В 735 г. границей между Силлой и Китаем была провозглашена река Тэдонган.

В VII—VIII вв. Силла превратилась в сильное централизованное феодальное государство. Во главе его стоял ван, опиравшийся на разветвленный административный аппарат, не большую, но крепкую армию. Происходило дальнейшее упрочение феодального строя. В 722 г. занимаемые крестьянами поля оформили как полученные от вана наделы (чонджон), что обеспечило прикрепление крестьян к земле. В 757 г. помимо предоставления сановникам земель «в кормление» ввели выдачу чиновникам наделов за службу (кваллёджон), с которых они со-бирали в свою пользу земельный налог. Как и прежде, основными формами эксплуатации крестьянства были земельный на-лог, натуральные подати, трудовая повинность.

Значительного уровня достигло городское ремесло. По всей стране велось обширное строительство. Центром политической и хозяйственной жизни явилась столица Силлы — г. Кёнджу. Развивались науки, особенно астрономия и математика. В столице была открыта государственная высшая школа, готовившая чиновников. Ряд философов (Ким Дэмун, Чхве Чхивон ш др.) развивали в своих трудах идеи конфуцианства. Первым лагом к созданию корейской письменности стал метод записи жорейских слов и грамматических форм с помощью китайских иероглифов. На базе устного народного творчества зарождалась художественная литература. Развивались также архитектура, изобразительное искусство, музыка.

Силла осуществляла сравнительно широкие политические и торговые связи с соседями — Бохаем, Японией. После некоторого перерыва возобновились также отношения с Китаем. Силлаские купцы часто ездили туда и даже создавали там свои поселения. Во взаимоотношениях с Китаем правители Силлы, как и некоторых других соседних с Китаем стран, придерживались принципов номинального вассалитета, которые, по существу, не затрагивали прерогатив вана во внутренних и международных делах, но позволяли избежать посягательств со стороны Китая.

С конца VIII — начала IX в. Силла вступила в полосу длительного упадка. На основе пожалований вана и присвоения ‘Служебных наделов сложилась крупная частная феодальная земельная собственность, сократился государственный земель-яый фонд, обеспечивавший содержание чиновников и армии. Резко усилилась феодальная эксплуатация, значительная часть крестьян утратила статус свободных. При дворе обострилась борьба феодальных группировок, повсеместно участились кре-стьянские восстания.

Ослабление центральной власти позволило местным круп-иым землевладельцам и чиновникам не считаться с ней и даже вступить в открытую борьбу. Их сепаратистские действия при-вели к тому, что в начале X в. Силла распалась на три госу-дарства (Тхэбон, Хубэкче и собственно Силла) и несколько мелких владений. Правители вновь возникших государств враждовали между собой, нередко совершали разорительные набеги на соседей. От феодальных междоусобиц страдали не только крестьяне и городская беднота, но также нижние и сред-яие слои господствующего класса.

Насущные потребности социально-экономического и политического развития страиы диктовали необходимость нового ее объединения. Эту задачу выполнил видный полководец Вав: Гон, который в 918 г. захватил власть в Тхэбоне, а затем под-чинил остальные государства и владения. Вновь созданное го-сударство было им названо Корё (отсюда современное евро-пейское название «Корея»). К концу X в. пределы Корё на се-веро-западе простирались до р. Амноккан, на северо-востоке — примерно до современного города Енхын.

Ван Гон и его ближайшие преемники добились известной. стабилизации положения в стране, приняли ряд мер к укреп-лению центральной власти и местного аппарата управления.. Большое внимание уделялось повышению обороноспособносш Корё. В частности, была введена распространявшаяся на сво-бодное крестьянство обязательная воинская повинность, на ос-нове которой формировалась армия. Вдоль границ для их ох~ раны создавались военные поселения.

Ко времени Корё можно отнести вступление корейского феодализма в пору зрелости. Первые его правителй осуществ-ляли курс на усиление государственной собственности на зем-лю, которая реализовалась через выдачу наделов чиновникам: (чонсигва),’а также (на расходы) учреждениям, учебным за-ведениям и т. д. Получила официальное признание и частная феодальная земельная собственность, поначалу находившаясж под контролем государства. Самыми крупными ее формами яв-лялись владения царствующего дома и буддийской церкви, ж также вручаемые ваном за заслуги сановникам дарственные и; наградные земли.

В период Корё оформилась социальная структура феодаль-ного общества. Все чиновничество, составлявшее основу гос-подствующего класса, разделили на 18 рангов, в соответствии с которыми предоставлялись наделы за службу. Деление на гражданских и военных чиновников (первые находились в бо-лее привилегированном положении, чем вторые) породило тер-мин «янбан» («два подразделения»), которым с тех пор опре-деляли принадлежность к господствующему классу. Лично сво-бодное крестьянство (зависимое только от государства) со вре-мен Корё стали называть «янъинами» («достойными людьми») в атличие от неполноправного сословия «чхонинов» («подльш людей»), к которому принадлежали ноби и некоторые другие: категории.

Законодательство Корё было направлено на прикрепление крестьян к земле. С этой целью вновь юридически оформили имевшиеся у них наделы, выдали безземельным участки из го-сударственного фонда, разрешили аренду казенных и частных земель. Соответствующие правила регулировали эксплуатациюі со стороны государства, прежде всего традиционную триадуг земельный налог, натуральные подати, трудовую повинность.. Некоторые ограничения коснулись и частной феодальной экс-плуатации.

Объединение страны и упорядочение системы управления, поощрительные меры властей обусловили подъем экономики Корё. Расширилась площадь обрабатываемых земель, возросла продуктивность сельского хозяйства, повысился уровень ремес-ленного производства (и сейчас высоко денятся фарфоровые изделия той поры), делались попытки ввести денежное обраще-ние. Корё поддерживало торговые связи с Китаем и Японией, а также с киданями и чжурчжэнями. В XI в. Корё неоднократ-но посещали арабские купцы.

Дальнейшее развитие получила культура. Широко распро-странилось в Корё книгопечатание. Одним из его образцов яв-ляется созданный в XI в. «Тэджангён» («Большой свод буддий-ских сутр»), насчитывающий более 80 тыс. ксилографов. К XIII в. относят появление в Корё наборного металлического шрифта. Имелись достижения в астрономии, медицине, геогра-фии, истории. В частности, были созданы древнейшие из сохра-нившихся до наших дней летописи «Самгук саги» («Историче-ские записи трех государств») Ким Бусика (1145 г.) и «Сам-гук юса» («Забытые деяния трех государств») Ким Ирёна (ко-нец XIII в.). В сфере идеологии господствовал буддизм, одна-ко с XIII в. его все более теснило конфуцйанство чжусианско-го толка. Помимо конфуцианской академии и некоторого чис-ла казенных учебных заведений повсеместно возникали част-зше конфуцианские школы. Среди поэтов Корё наиболее круп-;ным был Ли Гибо (1169—1241). Замечательные произведения ‘были созданы мастерами прикладного и изобразительного ис-кусства,’музыки и танца. В столице Кэгёне (совр. г. Кэсон) и его окрестностях строители воздвигли ряд грандиозных архи-тектурных ансамблей.

Мирное существование Корё продолжалось сравнительно недолго. В 993 г. на него напали кидани, незадолго перед тем юсновавшие на территории Северо-Восточного Китая империю Ляо. Им удалось нанести поражение авангарду корёской армии и продвинуться до р. Чхончхонган. Здесь они встретили реши-тельный отпор основных сил корёских войск во главе с Тэ До-су и Ю Баном и, не добившись успеха, вынуждены были уйти. В конце 1010 г. кидани вторично вторглись в Корё. Их попыт-зш завладеть несколькими крепостями на северо-западе (в том числе Пхеньяном) окончились неудачей. Однако в начале 1011 г. кидани сумели ворваться в Кэгён и продержаться в нем десять дней, разграбив и разорив цветущую столицу Корё. Вы-битые отсюда корёской армией и населением, они были за^ем разгромлены в нескольких сражениях и изгнаны из Корё.

В третий раз кидани вторглись в 1018 г. Возглавивший обо-рону выдающийся полководец Кан Гамчхан заранее принял ме-ры к отражению противника. Сосредоточенная у Кэгёна корё-ская армия заставила неприятеля вернуться назад. У крепости Куджу (совр. г. Кусон) Кан Гамчхан дал решающее сраже-ние, в результате которого кидани были наголову разбиты.

После трех ощутимых поражений правители империи Ляо отказалисъ от планов завоевать Корё. Между двумя государ-ствами установились обычные для той эпохи дипломатические отношения. Надеясь обезопасить страну от новых вторжений с севера, власти Корё организовали строительство оборони-тельной стены, которая протянулась через весь Корейский поь луостров от устья Амноккана до Торёнпхо на восточном побе-режье (недалеко от совр. Хамхына). На ее возведение пона-добилось 11 лет (1033—1044).

В начале XII в. угроза Корё надвинулась с северо-ростока,, со стороны чжурчжэней. Их правитель Уяшу в 1104 г. подсту-пил к пограничной корёской крепости Чонпхён. Ведавший ее обороной Лим Ган пытался отогнать чжурчжэней, но был раз-бит. Сменивший его столичный чиновник Юн Гван также не до-бился тогда успеха. Ему пришлось пойти на экстренные меры„ чтобы пополнить армию. Только благодаря этому в 1107 г., ког-да чжурчжэни вновь появились в пределах Корё, их удалось разгромить. Продвинувшись вперед, корейская армия захвати-ла 135 чжурчжэньских селений, на месте которых Юн Гван ос-новал девять крепостей, переселив туда жителей из южных про-винций Корё. Однако отстоять приобретенные земли у” Корё-не хватило сил. Под натиском чжурчжэней в 1109 г. земли се-вернее Чонпхёна ему пришлось оставить. Вскоре после этога чжурчжэни разгромили киданей и завоевали весь Севёрный; Китай, создав там свою империю Цзинь. Властям Корё прйщ-лось признать вассальную зависимость от нее.

Одна из причин этой неудачи — начавшееся общее ослабле-ние Корё. Как и прежде, в его основе лежало непомерное рас-ширение частной феодальной земельной собственности. При попустительстве властей крупные феодалы и чиновники расхи-щали государственный земельный фонд, захватывали крестьян-ские наделы, превращая их владельцев в своих крепостных. До-пущенные законом пределы превысила феодальная эксплуата-ция, процветало ростовщичество. Произвол местных «влиятель-ных семей», бесконечные поборы затрагивали не только кре-стьянство, но и другие категории населения. Оскудение госу-дарственной казны сказывалось на обеспечении чиновничествг, поддержании обороноспособности страны. Армия Корё посте-пенно теряла боевые качества, зато росли и крепли принадле-жавшие знати вооруженные отряды.

Свидетельством политической нестабильности стали уча-стившиеся с конца XI в. дворцовые перевороты, борьба за власть феодальных группировок, использовавших в своих целях растущее недовольство народных масс. В 1135 г. феодалы и чиновники Северо-Западного края с центром в Согёне (совр.. г. Пхеньян)’ подняли мятеж, активно поддержанный населени-ем, и даже пытались отделиться от Корё. Понадобился целый год, чтобы подавить этот мятеж. В 1170 г. власть в стране за-хватили военные чиновники, не удовлетворенные своим положением. Впоследствии произошел ряд кровопролитных столкнове-ний между военными и гражданскими чиновниками, а также среди самих военных.

Наряду с феодальными распрями ширилось крестьянское движение, которое в последней четверти XII в. трижды пере-растало в настоящие войны против угнетателей. В 1176— 1178 гг. в пров. Кёнсан, Чолла и Пхёнан действовали много-численные отряды повстанцев, руководимые Манъи и другими крестьянскими вожаками. В 1ШЗ—1194 гг. массовые восстания произошли в пров. Кёнсан. Самыми крупными здесь были от-ряды Ким Сами и Хёсима. Новая волна повстанческого движе-ния нахлынула в 1196—1202 гг., охватив северо-восточные уез-ды и пров. Кёнсан, причем на этот раз в нем участвовали не только крестьяне, но и городские низы и даже буддийские мо-яахи. Несколько больших отрядов на юге объединились под руководством Пхэджва и более полугода сражались с прави-тельственными войсками. В ходе перечисленных восстаний про-изошли десятки ожесточенных сражений, которые привели к поражению повстанческого движения. Но и в последующем на-родные выступления продолжались, хотя и не носили такого массового характера.

Ослабленное внутренннми противоречиями, Корё явилось объектом завоевательных походов монгольских ханов. Впер-вые монгольские войска вторглись в 1231 г. Часть их осадила крепость Куджу, защитники которой отбили все атаки монго-лов. Основные силы завоевателен направились в центральные районы Корё. Их авангард был разбит, но затем в решающем сражении корёская армия потерпела поражение. Когда мон-гольские войска подошли к столице, плохо подготовленной к обороне, правящая верхушка Корё запросила мира. Ограбив страну и оставив в Кэгёне и крупных городах 70 наместников, монголы ушли из Корё. В начале 1232 г. население Корё вос-стало и перебило всех наместников.

С 1232 г. редкий год обходился без набегов монголов на Корё. Многие города и деревни были разрушены, тысячи лю-дей погибли, были угнаны в плен. Ван и его приближенные укрылись на недоступном для степных завоевателей острове Канхвадо, уведя с собой наиболее боеспособную часть армии. Только простой народ, некоторые военные и гражданские чи-новники оказывали сопротивление врагу. Целый ряд городов прославился в то время героической обороной, организованной местными воинами и населением. В одном из сражений в 1232г. погиб монгольский предводитель Саритай. Впоследствии хан Мункэ разжаловал нескольких своих полководцев, не сумевших завоевать Корё. Лишь после того как монголы основательно ра-зорили южные провинции, снабжавшие продовольствием ван-ский двор, правители Корё в 1259 г. согласились капитулиро-вать. Однако народные массы не признали капнтуляцнн и во многих местах страны продолжали сопротивление. Крупнейшим выступлением против завоевателей и вступивших с ними в союз корёских феодалов было восстание в 1270—1273 гг. вои-нов трех особых корпусов (самбёльчхо) —своего рода ванской гвардии. Это восстание, активно поддержанное населением юж-ных провинций, было жестоко подавлено объединенными сила-ми монголов и корёских феодалов.

Созданная монголами в Китае империя Юань отторгла от Корё обширные территории на северо-западе и северо-востоке и о-в Чеджудо на юге. Юаньские власти бесцеремонно вмеши-вались во внутренние дела страны: свергали неугодных им ва-нов, назначали высших чиновников. До начала XIV в. в Корё находились монгольские представители, контролировавшие дей-ствия его властей. Предприняв в 1274 и 1281 гг. походы в Япо-нию, монголы сделали Корё^своей базой, заставляя население строить корабли, поставлять продовольствие и снаряжение. Тысячи корёских воинов и моряков погибли во время этих не-удачных походов. Войны, поборы и произвол со стороны импе-рии Юань ухудшили без того тяжелое положение Корё.

Крушение империи Юань в середине XIV в. означало и ко-нец зависимости от нее Корё. В этот период была разгромлена промонгольская группировка при ванском дворе, восстановлен суверенитет Корё над всей его территорией и даже уничтоже-ны восемь юаньских крепостей на правом берегу АмИоккана.Вскоре Корё подверглось агрессии со стороны антимонголь-ских сил Китая (в Корее их принято называть «армией красно-головых»), считавших эту страну частью империи Юань и по-тому пытавшихся ее завоевать. С 1359 г. «армия красноголо-вых» несколько раз вторгалась в Корё по суше и морю, осенью 1361 г. ей удалось даже захватить столицу, но общими усилиями корейских войск и населения она была отброшена от Кэгёна и в начале 1362 г. окончательно изгнана. В последую-щие годы Корё отражало набеги местных феодальных владете-лей, возвысившихся в приграничных районах Северо-Восточно-го Китая; дважды для борьбы с ними оно посылало в эти райо-ны свои войска.

В последней четверти XIV в. обострились внутренние про-тиворечия в Корё. Из-за безудержной феодальной эксплуатации и оборонительных войн в плачевном состоянии оказались земледелие и другие отрасли экономики. Основная часть госу-дарственного земельного фонда перешла к «влиятельным семь-ям», казна получала минимум средств на содержание чиновни-чества и армии. Процесс обнищания населения затрагивал и многие слои господствующего класса. Тысячи людей бродяж-яичали, бежали за пределы страны. Вдоль корейского побе-режья почти безнаказанно действовали целые эскадры пира-тов, грабя и уничтожая то, что еще уцелело.

Политическую жизнь страны лихорадило усилившееся со-перничество феодальных клик. Начался новый подъем народ-ного движения. Хозяйственная разруха и хаос в социально-политической сфере тревожили наиболее дальновидную часть гос-подствующего класса, в среде которой сложилась возглавляе-мая видным полководцем Ли Сонге влиятельная группировка„ выступавшая за безотлагательное проведение реформ в важ-нейших областях жизни государства.

Внутренние трудности Корё отягощались противоречиями с воцарившейся в 1368 г. в Китае династией Мин. Считая себя наследннцей юаньских правителей, она не только потребовала от Корё уплаты большой дани, но и предъявила претензии на его территорию, некогда отторгнутую монголами. В конце 80-х годов XIV в. китайская армия перешла Амноккан и заня-ла уезд Канге, где Мины намеревались создать управление от-нятыми у Корё землями.

Между тем, в Корее группа сторонников реформ усилилась настолько, что захватила власть. Ее лидер Ли Сонге в 1392 г. занял престол, положив начало династии Ли, правившей Коре-ей до 1910 г. С конца XIV в. страна получила сохранившееся до настоящего времени название Чосон. Столицей стал Сеул.

Новые власти уделили внимание налаживанию государст-венного механизма феодальной Кореи. С этой целью восстано-вили и упорядочили деятельность центральных и местных ор-ганов управления. Удалось также серьезно подорвать влияние местных сепаратистских кругов и буддийской церкви. Послед-няя лишена была части своих земель, крепостные буддийских храмов были переданы казне, что резко ослабило экономиче-ские и политические позиции этого оплота сепаратизма. «Влия-тельные семьи» лишились права иметь свои вооруженные от-ряды. Вместо них была воссоздана единая государственная армия.

С конца XIV в. в Корее были проведены социально-эконо-мические преобразования. Среди них главное — выдача чинов-никам в пожизненное пользование в 1391 г. ранговых ^аделов (кваджон). В 1466 г. их заменили на должностные наделы (чикчон), предоставляемые только на время службы. По уста-новленным государством нормам выделили также земли цент-ральным и местным учреждениям. Новые правила запрещали посягательство на казенные земли, на их основе власти конфи-сковали многие незаконно приобретенные частные владения. Укрепление таким образом государственной собственности на землю отнюдь не означало ликвидации частной феодальной зе-мельной собственности. Напротив, последняя вновь получила официальное признание и возможности дальнейшего роста.

Преобразования коснулись также социальной сферы. Для ее упорядочения периодически проводились переписи населе-ния, в ходе которых четко фиксировался социальный статус каждого человека. Устанавливались нормы владения ноби, всех сверх нормы отбирали в казну. В свободное сословие перево-дили тех крестьян, оказавшихся в крепостной зависимости, ко-торые смогли доказать соответствующие права. Вновь были приняты меры к прикреплению крестьян к земле. Несколько крупных законодательных актов до некоторой степени упоря-дочили систему феодальной эксплуатадии, в первую очередь зе-мельный налог.

Реформы конда XIV — начала XV в. способствовали ожив-лению хозяйственной жизни. Провозглашенный властями курс на поощрение земледелия реализовался в ремонте и строитель-стве оросительных сооружений, расширении обрабатываемых площадей и продвижении далеко на себер главной культуры — риса, внедрении новых агротехнических приемов (например, вы-садки рисовой рассады)^ и т. д. Увеличились масштабы ремес-ленного производства. Только в столице было зарегистрирова-но около 3 тыс. казенных ремесленников, производивших про-дукцию почти 130 наименований. Свидетельством сдвигов в торговле явилось возникновение сначала в столичной, а затем и в остальных провинциях местных рынков, еще слабо связан-ных между собой. Несколько активизировалась и внешняя тор-говля.

Укрепление Кореи в экономическом и военном отношении позволило ей устранить угрозу со стороны соседей. Главную опасность в ту пору составляли японские пираты. Сильный удар им был нанесен в 1389 г. в результате рейда корейского флота к о-ву Цусима — главной базе японских пиратов. Одна-ко разгромить их удалось лишь в 1419 г. после второй экспе-диции корейского флота на Цусиму. Напряженно складыва-лась обстановка и на севере страны, где временами происхо-дили конфликты с чжурчжэнями.

К середине XV в. Корея вы-теснила их за пределы рек Амноккан и Туманган (Тумынь-цзян), которые с того времени окончательно стали границей государства. На территориях крайнего северо-запада и северо-востока Корейского полуострова строились новые крепости, сю-да переселяли жителей южных провинций, приложивших много сил, чтобы освоить эти районы.

После обострения противоречий в 80-х годах XIV в.., едва не приведшего к войне, отношения Кореи с минским Китаем некоторое время оставались напряженными. Лишь в начале XV в. они постепенно нормализовались, приобретая традицион-ный характер. Ликвидация пиратов открыла возможности для налаживания отношений с Японией. В начале XV в. Корею по-сетили также посольства Сиама (Таиланда) и с о-ва Ява.

В истории средневековой Кореи XV—XVI века — период наивысшего подъема культуры. Ученые опубликовали ряд зна-чительных трудов по сельскому. хозяйству, медицине, астроно-мии, географии. Большое внимание уделялось изучению исто-рии своей страны. В частности, была написана многотомная «Корё са» («История Корё»), началось составление «Хроники династии Ли» («Лиджо силлок»). Выдающимся событием в исто-рии корейской культуры явилось создание в 1443 г. националь-ной письменности.

Развитие науки и просвещения в Корее сдерживалось офи-циальной конфуцианской идеологией. Тем не менее в философии зародилось и набирало силу материалистическое течение, осно-воположниками которого были Ким Сисып (1435—1493) и Со Гёндок (1489—1556). В противовес конфуцианской схоластике сложилась научная школа «сирхак» («реальные науки»). Ее за-чинатель Ли Сугван (1563—1628) призывал уделять главное внимание конкретным проблемам науки и практики, изучать опыт других стран, заботиться о простом народе. Вместе с тем он резко выступал против слепого поклонения всему, что ис-ходило из Китая.

На более высокую ступень поднялись литература и искус-ство Кореи. В поэзии появилось несколько новых жанров, в них успешно выступали Чон Гыгин, Чон Чхоль, Сон Саммун и другие поэты. Зародилась художественная проза, в которой также существовало жанровое разнообразие. Усиливалась тяга к реальному, к правдивому отображению корейской действи-тельности. Особенно популярными были произведения Ким Си-сыпа, Лим Дже, Хо Гюна. Заметное явление культурной жизни той порывозникновение театра масок и театра марионеток, Лк предназначенных главным образом для простого народа. Мно-го нового и значительного произошло также в музыкальном, изобразительном, прикладном искусстве и архитектуре.

Несмотря на то что преобразования конда XIV — начала XV в. были более решительными, чем в предшествующие эпо-хи, они имели сравнительно кратковременный эффект. Достиг-нутый к тому времени уровень развития частной феодальной собственности был таков^ что она довольно скоро преодолела установленные законом ограничения и неуклонно увеличивалась в размерах, преимущественно за счет крупных ее категорий. Выданные государством наделы за службу постепенно перешли в собственность получателей, и к середине XVI в. эта форма землевладения окончательно себя изжила. Объектом активного присвоения явились также крёстьянские земли, владения госу-дарственных учреждений, военных поселений и т. д. В результа-те вновь сократился государственный земельный фонд, что не-посредственно отразилось на доходах казны. Параллельно с ростом частной феодальной собственности происходило закаба-ление крестьянства, усиление его эксплуатации.

Уже к середине XV в. снова обострились противоречия сре-ди господствующего класса, проявлением которых явились дворцовые перевороты, мятежи некоторых сановников. Проти-воборство феодальных группировок нередко сопровождалось массовыми расправами с соперниками. Как обычно, деятели, стоявшие в оппозиции к правящей верхушке, стремились при-влечь под свои знамена народ, возмущенный налоговым гнетом, притеснениями властей. В 1467 г. в пров. Хамгё.н произошло мощное крестьянское восстание, руководство которым захватил глава местных феодалов-сепаратистов Ли Сиэ, надеявшийся таким путем добиться привилегий для своих сторонников. Это восстание было жестоко подавлено. В XVI в. народное движение продолжало нарастать. Среди вожаков повстанцев наиболее известен был Лим Ккокчон, с отрядом которого правительственные войска не могли справиться около трех лет.

Весной 1592 г. Корея, ослабленная внутренними противоре-чиями и не готовая к войне, подверглась нападению огромной армии правителя Японии Хидэёси. На первых порах Имджин-ская война (названная так по наименованию 1592 г. в корей-ском календаре) сложилась для Кореи крайне неудачно. Выса-дившиеся в южном порту Пусан японские войска подавили разрозненные очаги сопротивления и, не встречая организован-ного отпора корейской армии, устремились на север. Уже через три недели после высадки они захватили Сеул, брошенный ва-ном и его министрами, а спустя полтора месяца, после тяже-лых боев у р. Имджинган пал Пхеньян. Часть японских войск прорвалась далеко на северо-восток Корейского полуострова. Ван и его приближенные обосновались в г. Ыйджу, на границе с Китаем.

Совсем иначе, чем на суше, складывалась ситуация на море. Выдающийся корейский флотоводец Ли Сунсин держал подчиненный ему флот в постоянной боевой готовности. Основу флота составляли легкие гребные суда, вооруженные пушками и покрытые сверху металлическим навесом, укрывавшим эки-паж от обстрела. В нескольких ожесточенных сражениях ко-рейский флот нанес большой урон морским силам противни-ка. Так, после боя у о-ва Хансандо спаслись бегством всего 14 иа 73 японских судов. Такие успешные действия обескровили японский флот, лишили его возможности регулярно доіставлять в Корею подкрепления.

В обстановке беспомощности официальных властей дело обороны страны взял в свои руки корейский народ. Всюду, где появлялись войска завоевателей, возникали партизанские отря-ды, которые называли Ыйбён («Армия справедливости»). В них вступали патриоты из всех сословий. В многочисленных боях партизаны громили тылы противника, освободили ря& уездов и городов захваченных им провинций. Массовое движе-ние под знаменами Ыйбён явилось важнейшим фактором на-растающего сопротивления врагу.

С самого начала войны корейское правительство неодно-кратно обращалось за помощью к минскому Китаю, который откликнулся лишь тогда, когда японские войска приблизились к его границам. Первый китайский отряд, посланный к Пхенья-ну летом 1592 г., был там разбит. Основные силы китайской армии (43 тыс. солдат) в начале 1593 г. совместно с корейски-ми войсками освободили Пхеньян. Но после этого их командо-вание мало считалось с корейскими властями и полководцами, уклонялось от активных военных действий, занималось поиска-ми за спиной союзника путей к перемирию. Оно отказалось штурмовать Сеул, где сосредоточились осиовиые силы япон-ских войск, устроившие в городе резню. Когда под ударами от-рядов Ыйбён японцы все же оставили Сеул, пассивность китай-ской армии позволила им безнаказанно уйти. Некоторое вре-мя их даже не преследовали.

В середине 1593 г. откатившиеся на юг японские войска за-крепились на плацдарме в районе Пусана. Стремясь выиграть время для подготовки нового похода, правители Японии повели затяжные переговоры о мире. Тем временем Китай вывел из Кореи свои войска. В Корее принимались меры к укреплению обороны, затрудняемые разрухой и неурожаями. Губительно сказывались также оживившиеся вновь феодальные распри. Одной из их жертв стал Ли Сунсин, смещенный со своего пос-та. Не считаясь ни с чем, государство и феодалы обирали ра-зоренное войной население.

В такой обстанобке летом 1597 г. началось японское на-ступление в Корее. Сухопутные войска завладели обширной территорией на юге, а морские силы разгромили корейский флот. Однако на этот раз успех японских войск был непро-должительным. Корейская армия, партизанские отряды и вер-нувшиеся в Корею китайские войска нанесли противнику не-сколько серьезных поражений и заставили его отступить. Воз-вращенный на прежнюю должность Ли Сунсин восстановил боеспособность флота и провел ряд удачных операций с боль-шими потерями для противника. В конце 1598 г. японские вой-ска, теснимые корейско-китайской армией, обратились в бегст-во.Однако корабли, на которых они разместились, перехвати-ли корейский флот и присоединившаяся к нему китайская эс-кадра. В этом сражении геройски погиб Ли Сунсин, но враг был окончательно разбит, и только треть его кораблей сумела спастись.

Завершившаяся таким образом Имджинская война принес-ла Корее огромные бедствия. Многие города и села были сож-жены и разрушены, значительно сократилось население, более чем в три раза уменьшилась площадь пахотных земель. Особен-но пострадали южные провинции — главная житница страны. Понадобились десятилетия упорного труда, чтобы устранить последствия тяжелейшей войны. Не успела Корея полностью от нее оправиться, как вновь оказалась жертвой агрессии, на этот раз маньчжурской.

На протяжении многих лет борьбы маньчжуров с Китаем корейское правительство заявляло о своем нейтралитете. Но под давлением минских властей и их сторонников в своей среде оно неоднократно оказывало Китаю поддержку, в том числе военную. Такие нарушения нейтралитета давали маньчжур-ским правителям предлог для нападения на Корею, которая занимала важное место в их завоевательных планах.

В начале 1627 г. 30-тысячная маньчжурская армия внезап-но перешла по льду Амноккан и вторглась в Корею, Население и гарнизоны многих крепостей оказали ей отчаянное со-противление, но все же маньчжуры прорвались в глубь корей-ской территории. Захватив Пхеньян, они двинулись в направ-лении столицы. Узнав об этом, правительство во главе с ваном-спешно перебралось из Сеула на о-в Канхвадо. На всем пути продвижения маньчжуров население создавало партизанские отряды (их по традиции называли Ыйбён), наносившие ощути-мые удары по врагу. Повсюду жители лишали его припасов> продовольствия и фуража. В таких условиях маньчжуры пред-почли предложить мир и заключить с Кореей «братский союз»,. смысл которого состоял в требовании ее отказа от поддержки Китая.

Возглавляемая самим императором Тай-цзуном 100-тысяч-ная маньчжурская армия вступила в Корею в конце 1636 г. Ван и его приближенные отправили семьи и имущество на Кан-хвадо, но сами туда бежать не успели. Маньчжурская конни-ца перерезала все дороги, и ван со свитой укрылся в неболь-шой горной крепости Намхан к югу от Сеула. Ее защитники свыше полутора месяцев держали оборону, не получая под-креплений и страдая от нехватки продовольствия. Но когда маньчжуры переправились на Канхвадо и пленили семьи корей-ской знати, ван решился на капитуляцию. Маньчжуры навязали ему унизительные условия мира: Корея признавала вассаль-ную зависимость от империи Цин, соглашалась дать заложни-ков, платить дань и т. д.

В Корее не сразу смирились с капитуляцией: в некоторых местах произошли нападения партизан на маньчжуров, дела-лись безуспешные попытки тайно заручиться поддержкой ди-настии Мин с целью продолжения борьбы. Для того чтобы уми-ротворить страну, маньчжурские правители уменыпили давле-ние на нее (в 1645 г. сократили размеры дани, отменили систе-му заложничества). Постепенно установились отношения но-минального вассалитета.

Однако маньчжуры по-прежнему стремились утвердить гос-подство над Кореей. После того как их войска покинули стра-ну под натиском партизанских отрядов, они совершали набе-„ ги на пограничные районы Кореи, грабили население. От Ко-реи требовали поставок необходимых для войны с Китаем ко-раблей и продовольствия, отправки моряков. Все это вызывало негодование в Корее, способствовало росту антиманьчжурских настроений, которые разделяли правящие круги. Когда была провозглашена империя Цин и в Корею прибыли маньчжур-ские послы с извещением об этом и требованием вассальной за-висимости, ван отказался даже принять их. Тем самым был сделан шаг к разрыву, хотя Корея слабо подготовилась к не-избежной войне.

Корея — страна с богатой историей, самобытной культурой и однонациональным населением — до второй половины XIX в. оставалась феодальной страной, где основу господства феода-лов составляла их собственность на землю. Почти вся земля находилась в распоряжении класса крупных землевладельцев – придворной знати, государственных чиновников и помещиков. Эксплуатация крестьян феодалами осуществлялась как каждым в отдельности, так и всем классом в лице государства. Госу-дарственные крестьяне платили поземельный налог-ренту, нес-ли феодальные повинности.

Господство класса феодалов было закреплено сословным строем: класс землевладельцев составлял привилегированное сословие дворян (янбан), из числа которых назначались госу-дарственные чиновники; основная масса крестьян образовыва-ла податное сословие простблюдинов (янъин). К самому при-ниженному («подлому») сословию принадлежали казенные и частные крепостные (ноби), казенные ремесленники.

Страной правила иерархия чиновников, на вершине кото-рой стоял король (ван). Официальная конфуцианская идеоло-гня представляла вана «отцом народа», и ему следовало покло-няться, как божеству. Он правил страной с помощью Государ-ственного совета и правительственных ведомств. Местная ад-министрация включала губернаторов восьми провинций и под-чиненных им управителей округов, уездов и волостей. Самой низкой административной единицей была деревня, население которой связывала круговая порука в несении феодальных по-винностей.

К середине XVII в. Корея оправилась от разрушений, при-чиненных нашествиями японских (в XVI в.) и маньчжурских (20—30-е годы XVII в.) захватчиков. В течение XVII—XVIII вв. происходило заметное развитие производительных сил: расши-рялись посевные площади, восстанавливались ирригационные сооружения, внедрялись новые сельскохозяйственные культуры (перец, тыква, томат, сладкий картофель), вводились агротех-нические приемы. Такие культуры, как табак и женыпень, пред-назначались для продажи.

Развитие производительных сил в промышленности вырази-лось в том, что упало значение казенного ремесла и появилось ремесло свободных мастеров в городе и в деревне. С развитием крестьянских ремесел происходила специализация целых райо-нов, ориентирующихся на производство определенных изделий.

Развитие сельского хозяйства и ремесел привело к возникновению местных рынков и крупных торговых дентров в горо-дах (Сеул, Кэсон, Пхеньян, Тэгу), к росту торговых корпора-ций, захватывавших не только внутреннюю, но даже и внешнюю торговлю (с Китаем и Японией). Купеческий капитал вторгал-ся и в производство (например, золотые прииски с применени-ем наемного труда).

Дальнейшее развитие производительных сил страны сковьь валось существовавшей политической системой, особенно хищ-ническим грабежом феодалов, многочисленными государствен-ными запретами и регламентацией рбщественной мысли. Пред-ставлявшие движение «за реальные науки» («сирхак») передо-вые мыслители и ученые (Лю Хёнвон, Ли Ик, Хон Дэён, Пак Чивон и др. )в своих произведениях критиковали схоластику официального конфуцианства, ратовали за распространение знаний, имеющих практическое значение (к ним относили как естественные, так и общественные науки — географию, историю, родной язык и литературу), высказывались за реформы в об-щественной жизни — за наделение крестьян землей, устранение сословного неравенства, искоренение произвола и жестокостей чиновников, тунеядства дворян, совершенствование методов земледелия, развитие промышленности и торговли, усовершенст-вование средств передвижения. Эти идеи определили важные черты корейской литературы XVII—ХѴІІІ вв.

В XIX столвтии экономическии упадок вследствие усиленной эксплуатации феодалов привел к обострению борьбы крестьян, поднимавшихся на восстания. Самым крупным восстанием на-чала века было выступление крестьян Северо-Западной Кореи под руководством Хон Гённэ в 1811—1812 гг. Особенно усили-лись волнения крестьян во второй половине XIX в. Только в 1862 г. было отмечено 21 крестьянское восстание с участием в них десятков тысяч людей. Повстанцы громили местные упра-вы, отбирали имущество чиновников и помещиков. Стихийность и разрозненность выступлений позволяла властям подавлять их одно за другим. В это время в стране делаются попытки ре-лигиозной реформации для создания системы оппозиционной религии. Так, в конце 50-х годов возникла религиозная секта «восточного учения» (тонхак), противопоставлявшая себя офи-циальному конфуцианству и западному христианству. Секта проповедовала равенство людей (перед богом) и ценность че-ловеческой жизни.

С развитием капитализма на Западе и усиленными поиска-ми новых рынков сбыта и источников сырья все чаще у бере-гов Кореи стали появляться иностранные корабли, добивав-шиеся открытия ее портов, и усилилась тайная деятельность адистианских миссионеров, прокладывавших путь для колони-заторов. После того как в 1831 г. было объявлено об учрежде-нии корейского епископства, в страну (через Китай) тайно ста-ли проникать французские католические миссионеры. Пресле-дование со стороны правительства корейских христиан и репрессии против миссионеров стали предлогом для посылки (в 1846 и 1847 гг.) французских военных кораблей в Корею. Опас-ность новых вторжений возросла в 50—60-е годы XIX в., ког-да капиталистические державы (навязавшие кабальные догово-ры Китаю и Японии) начали экспансию в страны Дальнего Востока.

Продолжая политику изоляции от внешнего мира, прави-тельство Тэвонгуна реформами пыталось укрепить централь-ное правительство; закончились неудачей колониальные экспе-диции Франции и США. Несмотря на посылку значитель-ных сил — семи французских военных кораблей (в 1866 г.) и пяти военных кораблей и экспедиционного корпуса США (в 1871 г.), этим державам так и не удалось войти в контакт с корейским правительством.

В 1874 г. власть в Корее перешла к представителям рода Мин. Для сохранения существовавшего строя и своего господ-ствующего положения новое правительство сочло более прием-лемым уступить давлению иностранных государств, и поэтому Японии после спровоцированной военной демонстрации удалось навязать Корее в 1876 г. «договор о мире и дружбе» — первый среди последующих неравноправных договорбв, заключенных корейским правительством с США (в 1882 г.), Англией и Гер-манией (в 1883 г.), царской Россией и другими державами. По зтим договорам были открыты корейские порты (сначала Пу-сан, Инчхон и Вонсан) для свободного поселения и предпри-нимательской деятельности иностранцев, получивших различ-ные привилегии (ввоз товара беспошлинно или по льготным тарифам, право экстерриториальности с консульской юрисдик-цией и др.).

Заключение неравноправных договоров обострило кризис феодальной системы, усилило политические конфликты и анти-феодальную борьбу крестьян, которая стала приобретать и на-ционально-освободительный характер. Сложностью внешне- и внутриполитической обстановки в Корее воспользовались Ки-тай и Япония, которые ввели в нее свои войска. Японо-китай-ские противоречия, порожденные этими событиями, были уре-гулированы договором в Тяньцзине (1885 г.), по которому обе стороны обязались вывести одновременно свои войска из Ко-реи и не посылать туда своих военных инструкторов. Ѳднако возможность дальнейшего вмешательства была оговорена — если возникнут «беспорядки» в Корее.

После заключения неравноправных договоров Корея очень скоро превратилась в рынок сбыта и источник сырья для ка-питалистических государств. В страну импортировались иност-ранные хлопчатобумажные ткани, а вывозились рис, бобы и другие сельскохозяйственные продукты (что составляло 90% официального экспорта). Вывоз золота не поддавался .учету (оно уходило контрабандой). Япония захватила в свои руки большую часть внешней торговли Кореи, судоходство, ссудные адерации. Китайское правительство, претендуя на «суверенитет» в Корее, облегчало проникновение в Корею своих купцов, ко-торые (так же как и японцы) продавали товары иностранного производства, главным образом английские.

Англия поддерживала притязания Китая, США поощряли агрессивность Японии, рассчитывая использовать ее против Англии, Китая и России. Одновременно американские миссио-яеры и промышленники старались «создать условия» для рас-пространения в Корее американского политического и экономи-ческого влияния. Так завязывалась борьба капиталистических держав за Корею.

Между тем внутриполитическое положение Кореи после «открытия» характеризовалось нараставшим обострением со-циальных противоречий, вызванных усилением феодальной экс-плуатации. Возросшие расходы (на внутриполитические преоб-разования, на уплату контрибуции Японии после событий 1882 и 1884 гг.) правительство стремилось компенсировать за счет увеличения налогов. Увеличение налогов, продажа государст-венных должностей, всеобщая коррупция чиновников вместе с эксплуатацией помещиков, иностранных скупщиков и ростовщи-ков делали жизнь крестьян невыносимой.

Отдельные крестьянские бунты слились в большую кресть-янскую войну. Прокламации восставших призывали «предать смерти жадных и жестоких чиновников, изгнать из страны раз-бойничьи банды иноземных угнетателей». Крестьянская война приняла такЪй размах, что правительство вынуждено было предложить восставшим перемирие и признало справедливыми требования крестьян, вплоть до упразднения их крепостного состояния и равномерного распределения земли. Но когда (в соответствии с соглашением о перемирии) крестьянская армия отступила, правительство обратилось за военной помощью к Китаю для подавления восстания. С прибытием китайских войск в Корею Япония направила туда свои войска, еще более многочисленные, и начала военные действия против Китая. Крестьянская армия попыталась предпринять освободительный поход на Сеул, но потерпела поражение. Разгром крестьянской армии поставил Корею перед глубоким национальным кризи-сом — угрозой превращения в японскую колонию, так как пос-ле признания ее «независимости от Китая» по Симоносекскому договору 1895 г. Япония стала диктовать корейскому прави-тельству «реформы», обеспечивающие ей господство в Корее. И только продолжавшееся народное сопротивление, а также противоречия между империалистическими державами предот-вратили немедленное поглощение Кореи японскими захватчи-ками.

В дальнейшем при поддержке Англии (договор об англо-японском союзе, 1902 г.) и США Япония в 1904 г. развязала войну против России, мешавшей захвату Кореи. Вопреки объ-явленному нейтралитету Кореи японские войска оккупировали ее территорию, а назиаченные Японией «советники» контроли-ровали деятельность корейского правительства. После пораже-ния в войне даризм по Портсмутскому договору признал «пре-обладание политических, военных и экономических интересов Японии в Корее», свободу Японии принимать «такие меры ру-ководства, контроля и покровительства», какие она сочтет нуж-ными.

Заручившись таким же признанием со стороны Англии и США, Япония беспрепятственно в ноябре 1905 г. навязала корейскому правительству договор о протекторате, который ли-шал Корею іірава сношения с иностранными государствами и документально оформлял контроль за деятельностью ее прави-тельства со стороны Японии.

Национальное унижение, вызванное установлением протекто-рата, а также общее усиление феодального и капиталистиче-ского гнета вызвали новый подъем национально-освободитель-ного движения корейского народа после 1905 г. Он совпал с но-вой эпохой, когда «пробуждение к политической жизни азиат-ских народов получило особенный толчок от русско-японской войны и от русской революции».

Весть об установлении протектората (1905 г.) и заключении договора 1907 г. вызвала в корейской столице восстания сол-дат и населения, которые, правда, были быстро подавлены японскими войсками. Однако вооруженное сопротивление про-должалось. Во всех провинциях создавались партизанские от-ряды («армии справедливости») из крестьян, солдат разогнан-ной корейской армии и представителей других слоев населе-ния. Возглавляли их, как правило, дворяне-патриоты (конфуци-анские ученые).

Наряду с вооруженной борьбой народных масс, продолжав-шей традиции крестьянских бунтов, новым в национально-осво-бодительном движении этого периода было зарождение идео-логии буржуазного национализма в Корее, которую пропаган-дировала передовая интеллигенция (из дворян), развернувшая культурно-просветительское движение. Выход из национально-го кризиса просветители (Чан Джиён, Пак Ынсик, Син Чхэхо, Чу Сигён и др.) видели в развитии национальной промышлен-ности и современного образования, освоении достижений зару-бежной науки и техники, поэтому своей первейшей задачей на данном этапе считали пробуждение в народе национального са-мосознания. Эти идеи распространялись через национальную прессу, особенно издания просветительских обществ и создан-ные просветителями частные школы современного типа. Просве-тители сделали первые попытки создания политических организаций в Корее. Например, была создана «Тэхан чаганхве», ста-вившая задачу достижения конституционной монархии. Одна-Дні ко слабость национальной буржуазии как класса, которая была

тесно связана с феодальными силами и иностранным капита-лом, разрозненность ее классовых буржуазно-националистических оргаиизаций (просветительских по форме) не дало ей воз-главить борьбу народных масс.

В 1910 г. японские империалисты аннексировали Корею и превратили ее в свою колонию, где установили военно-терро-ристический («сабельный») режим.

Установленная колонизаторами система экономической экс-плуатации, политического давления и национального унижения корейского народа делала неизбежным возникновение нацио-нально-освободительной борьбы.

Господство японского империализма в Корее основывалось на неограниченной власти военщины, на военно-полицейском терроре. Корейцам была запрещена любая общественная дея-тельность (кроме религиозной). Запрещалось также употребле-ние родного языка и изучение своей истории (многие книги подверглись сожжению).

Земельная перепись (1910—1918) легализовала частную собственность помещиков, а сотни тысяч крестьян превратила в безземельных арендаторов, эксплуатируемых японскими и корейскими помещиками. Японские монополии эксплуатировали крестьян полуфеодальными методами. Помещики составляли опору колониального режима и обеспечивали Японию дешевым продовольствием.

Крупнейшие японские концерны захватывали все командные высоты в экономике — железные дороги, горнодобывающую промышленность, а также другие отрасли промышленности и торговли. Чтобы подавить конкуренцию корейских предприни-мателей, их деятельность искусственно сдерживалась законом об акционерных обществах (1910 г.).

В обстановке все обостряющихся национальных и социаль-ных противоречий весть о победе Октябрьской социалистиче-ской революции в России была воспринята в Корее как при-зыв к восстанию против ненавистных порядков. Соседство Ко-реи с русским Дальним Востоком, участие корейских трудя-щихся (в том числе и партизан — борцов за независимость Ко-реи) совместно с русскими в борьбе Советской республики против империалистических интервентов и белогвардейцев спо-собствовали быстрому распространению правдивых известий о русской революции. В атмосфере всеобщего народного негодо-вания даже робкий призыв умеренных националистов — пред-ставителей общества «Чхондогё» («Вера небесного пути») и других религиозных организаций — стал толчком для мощного взрыва народного движения. 1 марта 1919 г. под лозунгом «Да здравствует независимость Кореи!» демонстрации прошли по Сеулу, Пхеньяну и многим другим городам и поселкам Кореи. В Сеуле на улицу вышли 300 тыс. человек — рабочие и крестья-не, служащие и купцы, ремесленники и предприниматели, уча-щаяся молодежь. В течение трех месяцев после 1 марта в 211 (из 218) уездах Кореи отмечены тысячи демонстраций и воору-женных выступлений, в которых приняло участие более 2 млн.

человек. Антияпонское движение корейцев развернулось также и в русском Приморье, Маньчжурии, в самой Японии и других странах.

После капитуляции националистических лидеров выступле-ния масс проходили стихийно, что облегчило японским милита-ристам разгон демонстраций.

Несмотря. на разгром, мартовское движение в Корее имело огромное историческое значение. Прежде всего оно показало, что корейский народ вместе с другими народами угнетенных стран вступил в общий фронт борьбы против империалистиче-ской и колониальной системы. Оно также явилось и серьезным уроком для участников движения в их борьбе за национальное освобождение Кореи, выявило неспособность идеологов нацио-налистической буржуазии к революционным действиям, их не-способность возглавить массы, а также их склонность к согла-шательству с империалистами. Оно также показало, что веду-щей силой национально-освободительного движения должен стать рабочий класс как самый последовательный борец за на-циональное и социальное раскрепощение народа. Даже незна-чительные уступки японских империалистов после мартовских событий (отмена ограничений для предпринимательской дея-тельности буржуазии, обещание ей политических свобод и са-моуправления) с восторгом были встречены корейской буржуа-зией, приспосабливавшейся к колониальным порядкам.Она хо-тела не национального освобождения, а лишь реформ, которые расширяли бы ее эксплуататорские возможности, поэтому для дальнейших судеб освободительного движения важное значе-ние имел рост численности и организованности рабочего клас-са, призванного историей стать гегемоном в общенародной борьбе за свержение колониального ига.

Численность рабочего класса по мере увеличения капитало-вложений в экономику неуклонно возрастала — к 1929 г. про-мышленный пролетариат составил уже 100 тыс. человек, а ли-ца наемного труда в целом — около 1 млн. Правда, из-за недо-развитости капитализма и общей экономической отсталости страны рабочий класс был еще слаб, распылен по мелким предприятиям, тесно связан с деревней и не имел опыта борь-бы против капиталистической эксплуатации. Вот почему на пер-вые рабочие организации могла оказать решающее влияние ре-формистски настроенная мелкобуржуазная интеллигенция.

Наиболее важным моментом в развитии рабочего и освобо-дительного движения Кореи в начале 20-х годов было проник-новение и распространение идей марксизма-ленинизма, появле-ние первых нелегальных марксистских кружков и коммунисти-ческих групп в среде передовых рабочих и интеллигенции, по-пытка создания массовых организаций трудящихся и руковод-ства ими.

В 1925 г. была создана Коммунистическая партия Кореи„ ставшая секцией Коминтерна. В 1926 г. она впервыё организовала массовую демонстрацию под лозунгом борьбы за нацио-нальную независимость. Наряду с участием в массовых орга-низациях рабочих и крестьян она сделала попытку сформиро-вать единый фронт патриотических сил, но не сумела обеспе-чить подлинно революционного руководства национально-осво-бодительным движением на основе марксистской стратегии и тактики. Компартия Кореи прекратила свое существование (она была распущена). Перед кбрейскими коммунистами встала за-дача возрождения компартии как боевой марксистско-ленинской партии нового типа: монолитной и дисциплинированной, спо-собной возглавить борьбу масс в грядущей антиимпериалисти-ческой и антифеодальной революции.

В конце 20-х — начале 30-х годов внутриполитическое поло-жение в Корее вновь осложнилось. Японские империалисты стремились найти выход для своей экономики из мирового эко-номического кризиса 1929—1933 гг. и вступили на путь воен-ной агрессии. На территории Кореи и Маньчжурии Япония ста-ла подготавливать экономический и военный плацдарм для на-падения на соседние страны. Поэтому за десять лет (после 1931 г.) капиталовложения японских монополий в Корее вырос-ли в 2,5 раза. В годы второй мировой войны промышленность Кореи давала до Уз всех необходимых Японии материалов и изделий.

Несмотря на уродливый колониальный характер корейской экономики, происшедшие изменения в промышленности способ-ствовали росту промышленного пролетариата. К 1945 г. в Ко-рее насчитывался 1 млн. промышленных, строительных и транспортных рабочих (а общее число работников по найму составляло 2 млн.). Численный рост сопровождался и качест-венным изменением роли рабочего класса в освободительном движении. Более тысячи забастовок первой половины 30-х го-дов (многие из которых перерастали в вооруженные столкнове-ния с властями) говорят об авангардной роли рабочего класса в борьбе против японского империализма.

Возросшая роль рабочего класса и руководство им со сторо-ны коммунистических организаций определили возможность пе-рехода к активным формам национально-освободительной борь-бы. В районе Ванцина коммунист Ким Ир Сен в 1932 г. создал отряд, который стал ядром будущей Народно-революционной ар-мии, куда влились и другие партизанские отряды (Цой Ёнгена, Ким Чхака и др.). Вооруженная борьба партизан опиралась на растущее рабочее и крестьянское движение.

Когда по призыву VII конгресса Коминтерна революцион-ные и прогрессивные оилы мира создавали единый фронт борь-бы против фашизма и реакции, корейские коммунисты в 1936 г. основали на территории Маньчжурии «Общество возрождения отечества» («Чогук кванбок хве»), прообраз будущего общена-ционального единого фронта. Его программа ставила задачу свержения японского колониального господства и возрождения Кореи как иезависимого демократического государства. Дости-жение этой цели связывалось с осуществлением политических, социально-экономических и культурных преобразований в инте-ресах народных масс, в первую очередь таких, как конфиска-ция всей собственности японских империалистов и предателей корейского народа, осуществление демократических свобод и коренное улучшение условий труда и жизни рабочих и крестьян.

Рейды партизан в северные районы Кореи и их политико-массовая и пропагандистская работа подрывали позиции япон-ского империализма в стране. В тяжелой и неравной борьбе с силами японского империализма корейский народ стремился внести свой вклад в поражение Японии в грабительской войне. Эта борьба укрепляла патриотические и демократические си-лы во главе с рабочим классом.

В годы второй мировой войны оживилась и деятельность реакционной корейской эмиграции в США, в гоминьдановских районах Китая, которая надеялась при поддержке иностранных империалистов прийти к власти в послевоенной Корее.

Разгром японского империализма, в котором решающую роль сыграла Советская Армия, принес корейскому народу долгожданное освобождение. Освобождение Кореи от японско-го колониального господства открыло возможность возрожде-ния ее как единого, независимого, демократического государ-ства, открывало новую страницу в истории борьбы корейского народа за национальную независимость и социальный прогресс.

Однако в подходе к решению проблемы будущего развития Кореи выявились две диаметрально противоположные тенден-ции, представляющие две различные социальные системы со-временного мира после второй мировой войны.

Если Советский Союз и другие социалистические страны сов-местно с патриотическими прогрессивными силами корейского народа последовательно боролись за возрождение Кореи как единого, подлинно независимого, демократического государст-ва, где хозяином должен стать корейский народ, свободно из-бирающий путь социального прогресса, то Соединенные Штаты Америки и другие империалистические государства совместнос силами корейской реакции взяли курс на обеспечение империа-листического господства США в Корее или хотя бы на части ее территории, поэтому корейская земля стала ареной опусто-шительной войны, а корейская нация до сих пор остается раз-деленной. Если Советская Армия в зоне своей военной ответ-ственности (к северу от временной демаркационной линии по 38-й параллели) принимала все меры для того, чтобы обеспе-чить корейскому народу возможность возродить Корею как не-зависимое демократическое государство, то американские окку-пационные войска стремились подавить в Южной Корее демо-кратические силы, сплотить силы реакции. Преследуя эти цели, американская дипломатия стремилась даже закрепить их в международных соглашениях с союзными державами.

Во время Московского совещания министров иностранных дел СССР, США и Великобритании (декабрь 1945 г.) амери-канская делегация выступала с предложением об опеке, преду-сматривавшей установление на длительный срок (до десяти лет) иностранной («союзной») администрации во главе с аме-риканским представителем. По настоянию Советского Союза было принято согласованное решение, предусматривавшее вос-становление Кореи как независимого демократического госу-дарства и создание общекорейского Временного демократиче-ского правительства, формированию которого (из представите-лей обеих частей Кореи) должна была содействовать совмест-ная советско-американская комиссия. Эта комиажг при участии Временного правительства, демократических партий и общест-венных организаций должна была разработать меры содейст-вия политическому, экономическому и социальному прогрессу корейского народа, развитию демократического самоуправле-ния и утверждению государственной независимости Кореи.

В сложившихся условиях это решение открывало единствен-но реальный путь к восстановлению Кореи как единого, неза-висимого, демократического государства, но это не устраивало американских империалистов, помышлявших об установлении своего господства в Корее, поэтому американское военное командование, всячески подстрекая реакционные силы, повело борьбу против согласованных решений Московского совещания. После возобновления работы совместной комиссии в 1947 г. американская сторона настойчиво пыталась отстранить демо-кратические силы от участия в будущем правительстве Кореи, с тем чтобы навязать Корее послушный империалистам США режим. Когда это не удалось, США вынесли (в нарушение Мо-сковского соглашения и Устава ООН) корейский вопрос на рас-смотрение Генеральной Ассамблеи ООН, явно рассчитывая при помощи голосов зависимых от США государств добиться угодного себе решения.

Прикрываясь незаконным решением 2-й сессии Генеральной Ассамблеи (о проведении выборов под наблюдением Комиссии ООН), американские империалисты, несмотря на протесты представителей корейского народа, 10 мая 1948 г. устроили в Южной Корее «свободные» выборы и основали на Юге страны «Корейскую республику» — диктатуру помещиков и крупной буржуазии, связанных с иностранным империализмом.

Представители патриотических партий и демократических общественных организаций Севера и Юга, собравшиеся для прйнятия срочных мер для национального спасения, решили признать незаконными сепаратные выборы и создать подлинно демократическое народное правительство путем действительно свободных выборов в обеих частях Кореи. В августе 1948 г. состоялись демократические выборы в Верховное народное со-брание Кореи —212 депутатов от Севера и 360 от Юга (депута-ты от Юга были избраны на конференции выборщиков), представляющих подлинио демократические силы народа. 9 сентяб-ря 1948 г. сессия Верховного народного собрания Кореи провоз-гласила создание Корейской Народно-Демократической Респуб-лики и приняла конституцию, закреплявшую завоевания народа в демократическом строительстве Северной Кореи и открывав-шую перед народом Южной Кореи перспективу борьбы за еди-ное демократическое государство. Конституция утверждала на-родно-демократический характер общественного и государствен-ного строя КНДР. Сессия ВНСК утвердила кабинет министров КНДР во главе с лидером Трудовой партии Ким Ир Сеном.. В ответ на обращение ВНСК Советский Союз вывел свои войска из Северной Кореи, несмотря на то что на Юге остава-лись американские войска. Так, на мировую арену вышло са-мостоятельное государство трудящихся Кореи, избравшее путь социалистического развития и взявшее курс на мирное воссо-единение своей родины.

Южная Корея превращалась в неоколониалистский прида-ток США, в военно-стратегическую базу американского импе-риализма на Дальнем Востоке. Сразу же после провозглаше-ния «Корейской республики» господствующее положение США закреплялось рядом кабальных соглашений. Военные соглаше-ния узаконивали американскую оккупацию Южной Кореи и отдавали под американский контроль все ее военные формиро-вания. Экономические соглашения подводили южнокорейскук> экономику под власть американских монополий. Режим, соз-’ данный на Юге, служил не только для подавления демократи-ческого национально-освободительного движения народных масс — американские империалисты толкали его на прямые во-енные авантюры против КНДР, чтобы под видом «объединения» страны ликвидировать революционные завоевания корейского народа. Американские империалисты участвовали в разработ-ке планов нападения на КНДР и ликвидации народно-демокра-тического строя на Севере.

Не случайно, что после визита в Южную Корею Дж. Ф. Дал-леса 25 июня 1950 г. в Корее вспыхнула война, которая была подготовлена американским империализмом не только для борьбы против КНДР, но и в целях борьбы против растущих сил мирового социализма и национально-освободительного дви-жения. Для обмана народов мира американские империалисты, переходя к прямым актам агрессии, решили прикрыть ее фла-гом ООН и представить как «коллективные действия» против «агрессии», якобы совершенной из Северной Кореи. Именно в этом духе им удалось протащить через Совет Безопасности (при отсутствии представителя СССР) резолюции 27 июня и 7 июля 1950 г., но агрессоры, даже прикрывающиеся флагом ООН, не смогли ни скрыть своей сущности, ни спастись от не-избежного поражения в несправедливой войне.

Поражение марионеточной армии, подготовленной США, вы-нудило их и их «союзников» принять непосредственное участие в войне протнв корейского народа. Американские интервенты высадили крупные силы в районе Инчхона, отрезали войска ко-рейской народной армии, находившиеся на Юге, и перешли 38-ю параллель, захватили Пхеньян и другие важные центры КНДР. В это трудное время корейский народ в своей справед-ливой войне против империалистических захватчиков опирался не только на морально-политическую поддержку, но и на огром-ную материальную и военную помощь Советского Союза и дру-гих социалистических стран. Поскольку американская агрессия была направлена и против КНР, в октябрё 1950 г. в бой на сто-роне КНДР вступили китайские добровольцы. Советские лет-чики, выполняя свой интернациональный долг, прикрывали Се-веро-Восточный Китай и восточное побережье Китая от налетов американской авиации.

В результате через год после начала военных действий войска захватчиков находились примерно там же (в районе 38-й параллели), где начинали агрессию. Народно-демократи-ческий строй КНДР, опирающийся на поддержку стран социа-лизма, выдержал тяжелые испытания войны. Организаторы агрессии и интервенции понесли не только морально-политиче-ское, но и военное поражение.

США вынуждены были согласиться с мирной инициативой Советского Союза, который в качестве первого шага к мирному урегулированию корейского вопроса призвал (в июне 1951 г.) воюющие страны начать переговоры о прекращении огня и за-ключении перемирия с взаимным отводом войск от 38-й парал-лели. 27 июля 1953 г. в Пханмунджоме (округ г. Кэсона) бы-ло подписано соглашение о прекращении огня в Корее с взаим-ным отводом войск обеих сторон за нейтральную полосу, обра-зованную вдоль линии недавнего фронта, и об урегулировании на международной конференции вопроса об объединении Кореи мирным путем.

Победа корейского народа, отстоявшего свои революцион-ные завоевания в героической борьбе против империалистиче-ских агрессоров, стала возможной благодаря могучей поддерж-ке Советского Союза и других социалистических стран, а так-же солидарности прогрессивных и миролюбивых сил всего ми-ра. Это была победа сил мира и социализма.

В результате военных разрушений в 1953 г. валовая про-дукция промышленности сократилась на 40% по сравнению с довоенным 1949 г. (разрушено 8700 промышленных предприя-тий, особенно серьезно пострадали отрасли тяжелой индустрии), производство зерна составляло 88% уровня 1949 г. и еще боль-ше сократилось производство технических культур и продуктов животноводства. Тяжелые разрушения были причинены транс-порту и связи.

Намеченная Трудовой партией генеральная линия послевоен-ного экономического строительства предусматривала планомер-ное восстановление и подъем народного хозяйства на основе полной победы социалистических производственных отношений и создания материально-технической базы социализма.

Строительство социалистической экономики прошло несколь-ко этапов. После восстановления разрушенных войной произво-дительных сил происходила подготовка условий для социалисти-ческой индустриализации, а затем осуществлялись социалисти-ческая индустриализация и техническая реконструкция всех отраслей народного хозяйства, создавалась материально-техни-ческая база социалистического общества.

С выполнением трехлетнего плана восстановления и разви-тия народного хозяйства (1954—1956) не только был достигнут довоенный уровень народного хозяйства, но и создана база по-следующей социалистической индустриализации страны. Пяти-летний план 1957—1961 гг. имел целью создание фундамента социалистической индустриализации и завершение социалисти-ческого преобразования в сельском хозяйстве. Пятилетка по всем основным показателям была выполнена досрочно — в 1960 г. Объем промышленной продукции по сравнению с 1944 г. вырос в 7,7 раза. Такие высокие темпы оказались возможными только благодаря помощи стран социалистической системы. Созданию индустриальной базы КНДР содействовали все со-циалистические страны во главе с Советским Союзом. В счет безвозмездной помощи было восстановлено или построено 50 наиболее крупных предприятий, составлявших основу индуст-риальной мощи КНДР (предприятия черной и цветной металлургии, завод химических удобрений, электростанции, текстиль-ный комбинат и др.). Они давали 40% производства электро-энергии, свыше половины чугуна и кокса, 2/з хлопчатобумажных тканей и т. д. Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи с СССР (июль 1961 г.) расширил возможности сотруд-ничества двух стран и укрепил безопасность КНДР. Заключен-ные в развитие договора соглашения об экономическом и науч-но-техническом сотрудничестве служат делу дальнейшего раз-вития социалистического общества в КНДР.

Следующий этап развернутого социалистического строитель-ства был связан с семилетним планом (1961—1967), принятым на IV съезде Трудовой партии Кореи (сентябрь 1961 г.). Вы-полнение задач семилетнего плана было продлено на десять лет в связи с развертыванием одновременно с хозяйственным обо-ронного строительства, требовавшего больших материальных и трудовых затрат.

Итоги выполнения семилетнего плана были подведены на V съезде Трудовой партии Кореи (ноябрь 1970 г.). Как отмеча-лось в Отчетном докладе ЦК ТПК, была осущёствлена задача социалистической индустриализации страны. За 1960—1970 гг. промышленное производство возросло в 3,3 раза. Производи-лись новые, современные машины, осуществлялась техническая реконструкция сельского хозяйства и других отраслей экономи-ки. Осуществление нрригации, электрификации, механизации и химизации подняло прозводство зерновых до 5,4 млн. т в год.

Шестилетний план развития народного хозяйства КНДР (1971—1976) обеспечил дальнейшее упрочение успехов социа-листической индустриализации и укрепление материально-тех-нической базы социализма. Валовая продукция промышлен-ности к 1976 г. выросла в 2,5 раза (по сравнению с 1970 г.) при среднегодовом приросте на 16,3%. Вместе с тем при обеспече-нии высоких темпов развития возникли и трудности, связанные с последствиями засухи, с энергетическим обеспечением народ-ного хозяйства, с поступлением иностранной валюты, поэтому решением ЦК ТПК 1977 год был объявлен годом урегулирова-ния народнохозяйственных пропорций (преодоления напряжен-ности в отдельных отраслях) для обеспечения дальнейшего пла-номерного развития всей экономики. В декабре 1977 г. Верхов-ное народное собрание Кореи приняло закон о новом перспек-тивном плане развития народного хозяйства на 1978—1984 гг., которым предусмотрен – рост промышленного производства в 2,2 раза. VI съезд ТПК (октябрь 1980 г.) подвел итоги выпол-нения плана за первые годы и наметил перспективу подъема народного хозяйства на 80-е годы.

С экономическими достижениями социализма происходило и упрочение политической основы КНДР. Социально-экономиче-ские и политические изменения, происшедшие в результате со-циалистического строительства, были закреплены в новой со-циалистической конституции КНДР (принятой ВНСК в декабре 1972 г.), которой КНДР была объявлена социалистическим государством диктатуры пролетариата. В качестве основныхна-правлений дальнейшего развития КНДР конституция наметила борьбу за полную победу социализма, мирное самостоятельное, без внешнего вмешательства, объединение страны и достиже-ние национальной независимости в масштабе всей страны.

Корейская Народно-Демократическая Республика ведет по-следовательную борьбу за самостоятельное мирное объединение разделенной родины, но этот курс наталкивается на противо-действие американского империализма и реакционного режима Южной Кореи.

Все послевоенное (с 1953 г.) развитие Южной Кореи харак-теризуется расширением позиций империалистического неоко-лониализма и^непрерывным кризисом реакционного режима, в котором отражаются обостряющиеся противоречия между гос-подством иностранного (прежде всего американского и япон-ского) империализма и национальными интересами народа Юж-ной Кореи.

Основным фактором, определяющим положение Южной Ко-реи со времени заключения перемирия, является ее экономиче-ская и военно-политическая зависимость от американского им-периализма, сохраняющего свои войска в Южной Корее и стремящегося и дальше удержать ее в качестве базы для осу-ществления своей глобальной стратегии.

С заключением в 1953 г. американско-южнокорейского до-говора «о взаимной безопасности» Южная Корея была привя-зана к военной машине американского империализма. Целям милитаризации Южной Кореи и подчинения ее господству США служила многомиллиардная «помощь» в течение всего периода после 1945 г. Связанное с ней бремя военных расходов меша-ло развитию экономики Южной Кореи. Резко возросло недо-вольство народа политикой войны, проводимой Либеральной партией Ли Сынмана. Фальсификация президентских выборов 15 марта 1960 г. послужила сигналом для взрыва народного возмущения. Начавшись в г. Масане, восстание перекинулось в Сеул и другие города. В Сеуле демонстранты осадили прези-дентский дворец и вынудили Ли Сынмана и правительство Ли-беральной партии уйти в отставку. Однако в условиях амери-канской оккупации и при отсутствии революционного руковод-ства массами народное выступление не могло привести к свер-жению власти реакционной буржуазии и помещиков. Пришед-шая к власти буржуазная Демократическая партия, ориенти-руясь на США, не смогла решить ни одной проблемы, связан-ной с насущными интересами.

16 мая 1961 г. правительство Демократической партии бы-ло свергнуто во время военного переворота клики генерала Пак Чонхи. Под видом борьбы с разложением предшествующих режимов и с «коммунистической опасностью» военная клика Пак Чонхи запретила деятельность политических партий и об-рушила репрессии против патриотических и демократических сил. Выполнив погромные задачи, военщина объявила о перехо-де к гражданскому правлению, о возобновлении парламентской системы с участием политических партий. Однако это не изме-нило диктаторской сути режима. На выборах в конце 1963 г. президентом Южной Кореи стал главарь военной хунты гене-рал Пак Чонхи, представлявший созданную им Республиканско-демократическую партию. Главная оппозиционная Новая демо-кратическая партия не в состоянии была успешно противостоять правящей партии крупного капитала.

Военно-бюрократическая диктатура Пак Чонхи представля-ла политическую форму неоколониалистского господства иност-ранного монополистического капитала в союзе с крупной мест-ной буржуазией, причем диктаторское правительство обеспечи-вало им получение огромных прибылей за счет жесточайшей эксплуатации трудящихся масс.

Чтобы вывести страну из тяжелого экономического кризиса, диктаторский режим воспринял так называемую экспортную модель экономического развития, при которой широкое привле-чение иностранных капиталов должно обеспечить производство продукции на внешние рынки и прибыли для иностранных кре-диторов, местной буржуазии и правящей бюрократии. Рабочий класс был лишен права на забастовки и коллейтивные действия против предпринимателей.

Несмотря на скачок в уровне промышленного развития Юж-ной Кореи в 60—70-е годы существовавшая социально-эконо-мическая и политическая система раздиралась глубокими про-тиворечиями. Вся эконоМика была поставлена в зависимость от внешней конъюнктуры. К концу 1973 г. 40% внешних финансо-вых поступлений составляли американские и 32% — японские (японские капиталовложения резко выросли после сепаратной нормализации отношений в 1965 г.).

Южнокорейский режим выступал в качестве подрядчика иностранного капитала. Платежи по внешним займам с 500 млн. долл. в 1974 г. возросли до 1,4 млрд. долл. С 1977 г. резко возросли военные расходы. Огромные средства поглоща-ло паразитическое потребление военно-бюрократического аппа-рата (в 1979 г. они составляли 26,5% ВНП).

Чтобы подавить нарастающее недовольство народа, клика Пак Чонхи шла на ужесточение репрессий, на полную ликвида-цию парламентской оппозиции и установление неограниченной власти диктатора (по конституции 1972 г. открывалась воз-можность пожизненного президентства Пак Чонхи), прибегала к широкой националистической и антикоммунистической дема-гогии.

В 1979 г. на Пак Чонхи было совершено покушение. Поли-тический кризис после убийства Пак Чонхи, сопровождавший-ся многочисленными рабочими выступлениями, демонстрациями студентов и активизацией буржуазной оппозиции, не привел, од-нако, ни к устранению господства иностранного капитала, ни к ликвидации поддерживавшей его военно-бюрократической власти. Это объяснялось не только общей слабостью демокра-тического движения (в котором смешались различные классо-вые интересы), но и путами экономической, политической и во-енной зависимости Южной Кореи от империалистов США, со-держащих на ее территории войска (40 тыс.), оснащенные са-мым современным оружием.

Наиболее организованной силой оказалась выкормленная и контролируемая американцами южнокорейская армия, которая подавила народное сопротивление и руками нового диктатора, Чон Духвана (получившего американскую поддержку), восста-новила режим военно-бюрократической диктатуры. Народу Юж-ной Кореи предстоит тяжелая борьба.

История Кореи